).push({
renderTo: “NRent-5e78ccb60aa9a-2”,
position: “horizontalTop”,
onRender: function () {
/* your code here */
},
onStub: function () {
/* your code here */
}
});
}());

миф’]

Внешне Лада Калина настолько отличалась от угловатых “зубил” и “беременно-оплывшего” ВАЗ-2110, что её сразу попытались уличить в «порочащих связях с иномарками». Тем более, что Opel Corsa B (а точнее, бразильский седан Chevrolet Corsa) внешне действительно имел немало общего с новой вазовской моделью.

Однако работы над новой компактной моделью на ВАЗе начались еще в конце восьмидесятых годов, причём речь шла не столько о новом автомобиле для самого Волжского завода, сколько о разработке “второй” модели для Елабуги — сначала перспективный автомобиль носил индекс 1124, затем 1125.

Чуть позже к работам по новому автомобилю решили привлечь Fiat — точнее, советским дизайнерам и конструкторам предоставили возможность поработать над этим автомобилем в Италии, на студии ItalDesign.

Проект получил кодовое обозначение А-93, а работы по нему были приостановлены только в связи с августовским путчем 1991-го, после которого “завис” не столько перспективный автомобиль, сколько Елабужский автозавод как таковой.

В это же непростое время концерн GM  пытался закрепиться в России, запустив в Елабуге производство своей новой модели — как раз Opel Corsa, “переиграв” впоследствии своё решение в пользу внедорожника Blazer, «отвёрточная сборка» которого там продлилась всего пару лет.

И это еще не все “вводные” для рождения Калины: в 1991 году на сцену выходит Борис Березовский со своим проектом “народного автомобиля”  и Всероссийским альянсом AVVA.

И лишь после того, как оба перспективных проекта (А-93 и ВАЗ-1116) окончательно утратили свою актуальность, на ВАЗе решили воспользоваться былыми наработками и сделать новый автомобиль на старой платформе — то есть, разработать компактную и аэродинамичную малолитражку в стиле “биодизайна”, основываясь на проверенных временем агрегатах и компоновке Лады Самары.

Новая Лада:  Кран печки лада гранта

Вопреки стереотипам, не в Калине нужно видеть иномарку, а наоборот – в итальянском Fiat Punto оказались решения, которые еще советские дизайнеры и конструкторы воплощали в жизнь в Италии в рамках работы над проектом А-93.

При этом большинство стилистических приёмов за несколько лет вынужденного “простоя” уже было отработано — осталось лишь довести их до уровня серийного автомобиля, попутно актуализировав внешность. Opel Corsa и Fiat Punto действительно были определёнными ориентирами при доводке дизайна, но не более того.

Тем более, что за несколько лет тенденции менялись, и даже предсерийные образцы Калины серии 100 к началу двухтысячных успели очевидно устареть, что заставило вазовцев “осовременивать” автомобиль на стадии постановки на конвейер. Поэтому у окончательной товарной Калины с итальянской или немецкой малолитражками оказалось еще меньше общего, чем у прототипов.

Миф 2: в основе Калины лежит проект AVVA

правда